Волки из страны Далеко-Далеко. Одиночка. Тень. Страж - Кэтрин Ласки

– О, как я рад, что могу оказать вам посильную помощь! Надеюсь, благородным волкам, капитану и капралам бирргиса окажутся полезными мои скромные услуги. Я постараюсь как можно лучше обнюхивать помет и мочу добычи, чтобы понять, стоит ли на нее охотиться. Это невероятная честь для такого ничтожного волка, как я!

«Помет? О чем это он?» – недоумевал Фаолан. Неужели их обязанности действительно заключаются в том, чтобы вынюхивать жертву по ее моче? Пусть они и глодатели, пусть им не дадут оторвать первый, второй или даже десятый кусок добычи, но рыться носом в навозе – это уж слишком! Проснувшаяся было надежда на то, что ему удастся продемонстрировать свою доблесть, окончательно угасла.

Хип покосился на Фаолана и прошептал:

– Это и есть наша обязанность, глодатель, – обнюхивать помет и мочу добычи. И всё. Никакого бега, никакого преследования, никаких бросков.

Хип повернулся к Кларену – тот удовлетворенно кивнул, словно ему понравилось, как опытный волк излагает задачу новичку.

– И я сочту должным, если после великолепной охоты вы некоторое время будете избегать меня из-за дурного запаха, – продолжал Хип, делая паузу, чтобы в очередной раз припасть к земле и попытаться вильнуть несуществующим хвостом. – Знайте, что я преисполнен смирения, и меня безмерно воодушевляет сама мысль о том, что дурной запах будет служить знаком моего участия в столь великом деянии.

Едва предводитель Кларен отошел от них за пределы слышимости, Фаолан повернулся к Хипу:

– Слушай…

– Что еще, глодатель? – буркнул Хип.

– А ты можешь называть меня по имени? Меня зовут Фаолан.

– Ты еще не заслужил себе имени, – напарник презрительно повел носом, словно сама мысль, что безродный малькад может иметь имя, возмущала его.

– Так меня назвала моя кормилица, моя вторая мать.

– Ах да, медведица.

– Да, медведица-гризли по имени Гром-Сердце.

Хип шагнул к нему.

– Дай-ка я кое-что тебе объясню, глодатель. Для малькада не существует никаких кормилиц, никаких первых, вторых или третьих матерей. Кем бы ни была эта, с позволения сказать, кормилица, для всех остальных она просто самозванка. Если будешь настаивать на своем, то прослывешь невероятно глупым и наглым волком.

Фаолан зарычал и сам сделал шаг к Хипу, которого такая реакция слегка удивила. Желтый волк давно уже служил глодателем стаи и считал, что подчиненные должны слушаться его беспрекословно.

– Урскадамус! – пробормотал Фаолан древнее медвежье проклятье, которому научился у Гром-Сердца. Волчица, оказавшаяся рядом, хихикнула, но он отвернулся, не обратив на ее смешок никакого внимания.

Однако минуту спустя Фаолан все-таки решил посмотреть, кого так рассмешило необычное слово. Это оказалась молодая рыжевато-бурая волчица, примерно его возраста, но меньше ростом. Симпатичная, хорошо сложенная, откормленная. Уж определенно не глодательница…

Она с любопытством рассматривала его, и Фаолан отвел взгляд. Смотреть прямо в глаза другому волку – невероятная дерзость со стороны глодателя, даже если тот – его ровесник. Но уголком глаза Фаолан заметил, что волчица приближается. Теперь нужно опуститься как можно ниже, прижать уши к голове и постараться вывернуть шею так, чтобы смотреть наверх только одним глазом.

– Ну что, плохо получается, правда? Не умеешь притворяться, как Хип?

Такого вопроса он никак не ожидал.

– Не умею. Да и кто так сумеет? Мне кажется, он вообще не волк.

– Вполне возможно, что такого мастерства не достичь никому, но притворяться иногда бывает нужно. Это не так уж сложно. Уж попроще, чем…

– Чем что?

– Тише! Он тут.

Хип подполз на животе к ним поближе.

– Ах, какая честь! Такая благородная волчица, и говорит с такими недостойными созданиями, как мы! Подумать только, досточтимая представительница Каррег Гаэра нашего верховного вождя МакДункана снизошла до беседы с презренными подобиями настоящих волков!

«Каррег Гаэр! Значит, она не из Речной стаи», – подумал Фаолан. Каррег Гаэром называлась стая предводителя клана. Но что эта самка здесь делает?

Похоже, молодую волчицу настолько смутил бурный поток славословий Хипа, что она предпочла отвернуться и присоединиться к другим волкам на гаддерглуддере. Вскоре скрилин возвысила свой голос почти до визга и провыла последний призыв к совместной охоте:

– Добудем кости!

И обе стаи ринулись на север.

* * *

Бирргис всегда состоит из двух флангов: либо восточного и западного, либо северного и южного. Если в стае только один глодатель, то он должен прикрывать всю ширину бирргиса. Фаолана назначили на восточный фланг, издревле считающийся младшим. Хип присоединился к западному флангу, и оба они трусили позади тридцати двух волков бирргиса.

Когда все охотники стали очень медленно подниматься по крутому склону, бирргис растянулся почти на полторы мили. Фаолан понимал, что должен занимать свое место и не спешить. Увидев первую кучку испражнений, он усердно обнюхал ее и уже собирался доложить об этом младшему лейтенанту, крупному волку по имени Донегал, как его остановил Хип:

– Я доложу.

– Почему ты? Ее же обнюхал я. Пусть я и младший глодатель и ниже тебя по положению, но если сейчас о запахе с восточного фланга расскажешь ты, то в следующий раз, когда ты придешь с докладом о запахе с западного фланга, это покажется… покажется не таким уж смиренным и покорным.

Хип с удивлением закатил желтые глаза. В них с трудом можно было разглядеть зеленую искорку, которая таилась в глазах всех волков из страны Далеко-Далеко.

– Ты это сам придумал? – насмешливо-презрительно фыркнул он.

– Лейтенант может и не поверить тебе, ведь у тебя сухой нос, не испачканный в лосином навозе.

Желтый волк, уже направившийся было к лейтенанту, остановился и окинул Фаолана негодующим взглядом.

На вершину большого холма Фаолан с Хипом поднялись последними. Отсюда им открылся прекрасный вид на равнину, до которой уже добрались первые волки бирргиса. Там они ускорялись и переходили с походного марша на бег. Казалось, будто по всему построению проходит волна – настолько слаженно и четко действовали три с лишним десятка членов стаи. Они не думали, не обменивались сигналами – они просто стали единым целым, превратились в стремительную цепь, протянувшуюся между землей и небом с низко нависшими облаками.

Фаолан заметил, что сбоку, среди загоняющих, контролирующих построение с флангов, бежит и та самая рыжевато-бурая волчица, что заговорила с ним утром. Пока лось, на которого охотилась стая, был далеко, она держалась рядом с бирргисом; но стоило волкам, возглавлявшим построение, заметить, что лось начинает уставать, загоняющие устремились вперед.